понять, откуда такая неловкость и стыд — вины его в том никакой. Но это чувство не проходило. Дед Антип и Ксюша ждали, пока Савелий поест.
Съев половину, он отложил ложку.
— Хватит на сегодня.
— Ну, рассказывай, откуда? — заговорил дед Антип.
— Отовсюду. Мыкали вокруг да около, пока не пришли в Метелицу. Тимофей где?
— Дома Тимофей,— ответила Ксюша, вытирая глаза.— Детдомом заведует.
— Как — детдомом? — удивился Савелий и поглядел на деда Антипа.
— Да, да,— закивал дед.— Все аккурат.
Ксюша поглядела на Савелия, на деда, улыбнулась грустно и махнула рукой:
— Ай, батя, все я знаю! — Она повернулась к мужу: — Шушукаются с Тимофеем, думают, я дите какое...
— Знаешь, так помалкивай! — буркнул дед Антип.-В лесу Маковский, Тимофей связуется с ним. Добрый отряд сколотили, скоро загудит округа. Вот отлежишься...
— Да ты что, батя! — перебила его Ксюша.— Погляди на него — ветром шатает.
— Значит, есть связь,— вздохнул облегченно Савелий.— Не ошибся я. Приведешь завтра Тимофея, разговор имею. Только чтоб тихо.
— Ну!.. — Дед Антип обидчиво крякнул.
— Завтра уйду.
Ксюша вскрикнула, потом ухватилась обеими руками за его локоть и уперлась взглядом в мужа.
— Не пущу! — выдохнула она и застыла с полуоткрытым ртом.
— Куда торопиться? — поддержал Ксюшу дед Антип.— Отлежись, тогда... Успеется.
— Меня ждут,— сказал Савелий, не поднимая глаз.
— Ты не один? — удивился почему-то дед Антип.— Да-а, ничего тут не попишешь.
Савелий начал рассказывать о своих скитаниях:
— Под Полтавой нас окружили. Всю армию...
— Армию? — переспросил дед.— А немец бахвалится, што четыре. В плен понабрали тыщи...
— Да, батя, так оно и есть, если считать весь киевский «котел». Застряли мы там клином. Вот и отрезали.
— Да ну? — прошептал удивленно дед Антип.— Шестьсот шестьдесят пять тысяч — в плен?
Савелий усмехнулся.
— Нет, батя. Тут немецкая арифметика сплошала. Видать, они взяли число всех четырех армий. Так добрая половина загинула, да прорвалась из окружения часть...