13 января за Германию! Боритесь вместе со мной за свободную Германию! Национал-социализм – лишь этап на пути к нашим конечным целям!
Макс Браун, Пфордт и их друзья не имеют ничего общего с коммунизмом и марксизмом.
Своей пропагандой они предают вас, германские пролетарии, продают вас французским капиталистам. Я бросаю вам лозунг: голосуйте за Германию! Победа Германии – предпосылка вашей дальнейшей борьбы.
За Советы! Каждый подлинный коммунист 13 января должен голосовать за Германию!
Рот фронт! Эрнст Тельман» .

Эрнст мнет в пальцах листовку. Брови его сдвинуты.
– Откуда у тебя эта пакость?
– Привез товарищ из Саарбрюккена. Там, говорят, такие разбрасывают повсюду.
– И что же, вы не поняли сразу, что это гнуснейшая фальшивка?
– Я же тебе сказал. И всем говорю: ясно – фальшивка!
– А кое-кто все-таки верит?
– Из партийных товарищей, конечно, никто не верит. Но из сочувствующих…
– Значит, плохо ведете разъяснительную работу, только и всего!
Иоганн хочет что-то возразить, но при виде встречных прохожих замолкает. Некоторое время оба идут молча.
– Вот еще направо, за угол. По левую руку будет дом Карла Маркса, – шепотом предупреждает Иоганн.
Имя это он произносит, каждый раз понижая голос и оглядываясь, но непременно полностью, иногда даже с оттенком фамильярности: «дом товарища Карла Маркса». Сразу видно трирские коммунисты немало гордятся честью, которая выпала на их долю. После революции Трир будет переименован в Марксштадт, а быть членом марксштадтского совета – это не то же самое, что любого другого!
– Вот он! Смотри, налево! Доски на нем нет, «наци» сорвали… Но у нас, в Трире, все равно каждый ребенок знает… Пойдем, я тебя проведу на набережную Мозеля. Это было любимое место его прогулок. По дороге каждый раз, когда поблизости не видно прохожих, Иоганн принимается повествовать о местных, трирских делах. По сжатым репликам Эрнста, по всему его сдержанному поведению Иоганн чувствует нюхом: этот не из простых эмигрантов! Это кто-нибудь из центра!