Диген позвонил в субботу утром и в шесть часов явился. Очевидно, его основной целью было выведать у Сельмы Моллой, как она относится к 327 тысячам долларов. Он пытался убедить ее, что глупо выпускать из рук такие деньги, но воспользовался пребыванием у нас, чтобы поговорить и с Вульфом. В «Газетт» сообщалось, что Арчи Гудвин, помощник Ниро Вульфа, посетил морг, чтобы осмотреть труп Эллы Рейс, и, по-видимому, между ее гибелью и гибелью Джонни Кимса существует какая-то связь, хотя полиция отказалась ответить на этот вопрос. Вот об этом и хотел разузнать у нас Диген. Беседа кончилась ссорой. Вульф сказал, что интерес к этому со стороны Дигена закономерен, поскольку он находится в близких отношениях с миссис Ирвин, хозяйкой Эллы Рейс. Это взорвало Дигена, и Вульфу пришлось объяснить, что в эпитет «близкие» не вложен тот смысл, который, по-видимому, узрел в нем мистер Диген, Вульф об этом даже не помышлял. Однако Дигена разъяснение мало успокоило, и он ушел, едва сдерживая гнев.
Поскольку мы хотели быть в курсе того, как продвигается дело у Кремера и его войска, и поэтому должны были поддерживать с ним добрые отношения, мы благосклонно разрешили сержанту Стеббинзу встретиться с миссис Моллой в субботу днем. Он беседовал с ней три часа кряду, а Фриц угощал их прохладительными напитками. Мы испытали удовлетворение, когда со слов Сельмы узнали, что Пэрли чуть ли не половину времени посвятил расспросам об обстоятельствах смерти ее мужа, а также о том, существовали ли какие-нибудь мотивы у Эркоффа или
Ирвина убить его. Итак, дело об убийстве Моллоя было снято с полки! Вопросы, которые задавал Пэрли, определенно свидетельствовали об этом.
В субботу вечером Сельма пообедала вместе с нами, а в воскресенье в час дня снова спустилась вниз и отведала куриного фрикасе в тесте.
Саул Пензер и Орри Кэтер два дня кряду посещали бывших приятелей Моллоя — по списку Патрика Дигена,— пытаясь разведать, откуда у того могла оказаться треть миллиона долларов. Саул высказал